Палитра нашей речи. Риторические фигуры. Восклицание и вопрос.

Опубликовано: 15.01.2020

​Наверняка видели такой фокус с соц. сетях?

Как это происходит? Наше левое полушарие, логическое, настроено на работу со словом. Слово – это та кнопка, которым левое полушарие управляется. Прозвучало слово – левое полушарие включилось, загудело и настроилось на работу. А работа его - строить длинные и ветвистые цепочки. Если прозвучало А, то левое полушарие уже готово додумать: Б, В, Д и т. д. А может быть, B, C, D, F. А может быть, А –Я, Б – Ю и так далее. Смотря по тому, какая программа заложена. Чем выше интеллект, тем шире набор программ. Также Вас может заинтересовать Топ-10 лучших онлайн-курсов обучения английскому языку, более подробную информацию можно посмотреть перейдя по ссылке lubopitnie.ru.

В данном случае с пропущенными гласными левое полушарие тут же бросается восполнять недостающее, а правое на лету подхватывает сложившийся образ и выдает ответ.

Работой левого полушария легко манипулировать извне. Достаточно задать вопрос, как левое полушарие начинает искать ответ, даже если мы не расположены отвечать ни на какие вопросы. В любом диалоге ведущий не тот, кто много и пространно говорит, а тот, кто спрашивает. Опытные переговорщики знают, что лучший способ ответа на неприятный и нежелательный вопрос или реплику – это вернуть ее собеседнику, этак задумчиво переспросить.

- Мне этот ваш чудо-продукт совершенно не понравился!

- Мда? Вам совершенно не понравился наш чудо-продукт?

И достаточно. Этим вопросом мы включили собеседника. Если он неопытен в такого рода диалогах, то тут же начнет на этот вопрос отвечать, а мы, еще пару раз переспросив, без всякого спора и ссор заставим его убедить самого себя в ошибке.

Есть у меня хорошая знакомая, когда-то жили в соседних домах и вместе выгуливали на площадке детей. Она редкая говорунья: если начала о чем-то, то слова уже не вставишь. Я в то время пробовала себя в МЛМ в компании Тяньши. Однажды показала ей лечебный чай и предложила купить. С тех пор я стала ассоциироваться у нее с этим чаем. Стоило мне позвонить, как она сама вспоминала про этот чай и начинала горячо и страстно доказывать мне, что это ей совершенно не нужно, и неизвестно чего туда напихали, и вообще деньги сумасшедшие. Мне оставалось молча слушать. Заканчивался разговор тем, что она заказывала мне пачечку и ворчала при этом: «Умеешь же ты уговорить!» Вот так умудряется человек логическим путем запутать самого себя.

На этой управляемости левого полушария построены все риторические фигуры речи: риторическое восклицание, риторический вопрос, риторическое обращение. Бравый мужчина с безумным взором взывает из телеэкрана: «Как! Вы до сих пор кипятите ваше белье?! Тогда мы идем к вам!» Мы в ответ ему хихикаем в экран, злимся, переключаемся на другой канал. А левое полушарие помимо нашей воли совершает свою работу, ищет ответ на вопрос: «И как же это я до сих пор кипячу белье?» И неважно при этом, кипятим мы белье или нет. Важно то, что на бегу по закоулкам супермаркета мы, наполняя тележку, почему-то бросим в нее и пачку Тайда. Чтобы белье не кипятить!