главная страница
19 сентября 2008 года

Трудности перевода
Человек, который не ошибается


FRANCK FIFE/EPA
12:49 30.06.2008 Автор: Юрий Розанов

Я уже давно поймал себя на мысли, что в нашем спорте нет тренера, кадровым решениям которого я б доверял больше, чем решениям Шамиля Тарпищева. Вы же знаете прекрасно из собственного опыта, что обсуждение «прав-неправ-поставив-того-или-этого» – любимейшая тема. Для болельщиков и специалистов. Для старых и молодых. На минуточку возвести свое мнение в абсолют. Не боясь и не стесняясь (потому что безответственно). И – жарить на всю.


Прекрасно понимая умом, что это все игра. И потому – не боясь принести никому вреда. В эту угадайку играют все. Понимая ее праздность или нет. В случае отсутствия результата один этап нашей оценочности цепляется за другой – и традиционное «я же говорил!» звучит не как подтверждение собственной правоты, а как укор тому, кто ошибся (как будто одно из другого вытекает!). Знакомо, правда? Ну так вот. Уже несколько лет я по поводу правильности состава не имею к Шамилю Анвяровичу ни одного вопроса. Потому что он в этих делах не ошибается. От Южного в том, перво-победном, парижском финале Кубка Дэвиса. До Игоря Андреева в Чили. Не ошибается. Если он выставил вот такой состав и наши проиграли – значит, выиграть было нельзя.

Понимаю, что в подобном слепом доверии очень много от «сотворения кумира». Потому в те дни, когда Тарпищев появляется у нас на «НТВ-Плюс», я, будучи с ним знаком и дружен не слишком уж коротко, недостаточно для того, чтобы вести пространные беседы, однако вполне достаточно для того, чтобы поручкаться и задать два-три вопроса, – всегда эти вопросы задаю как абсолютно праздный человек. Нарочно. Чтобы мне все разжевали. Немного подставляясь: неужели эта безошибочность достигается на «раз-два-три»? И каждый раз выясняется, что – да.

Так оно и есть. Тарпищев умеет объяснить и спецу, и чайнику за минуту то, что вполне могло бы быть темой для недельного пересуда. А тут глядь – все быстро и ловко. Вроде иначе и быть не могло. Однажды я его спросил – не знаю, впрочем, кого я больше спрашивал на самом деле – его или себя: «Почему все так просто?». И получил ответ: «Ну, вообще-то мы говорим о том, что «на выходе». А на «выходе» все на уровне «так» или «этак». Добраться до выхода, конечно, посложнее». В качестве бонуса я получил тарпищевскую улыбку. Снисходительную и ободряющую одновременно.

Это Тарпищев-тренер. Я напомню, если кто забыл, что ему доводилось бывать и министром. Потому его суждение касательно Шараповой вполне может быть столь же взвешенным и неоспоримым, как и определение состава на тот или другой матч. Но все же это другая вотчина. Немного, но другая. Потому что знаменосец – это сейчас. Всегда – сейчас. Для тех, кто смотрит церемонию (а их, смотрящих церемонию – всегда много больше, чем тех, кто смотрит соревнования по тому или иному виду), – неважно, как это переложится на собственно спортивный результат.

Это (результат) – будет (или не будет) – завтра. А церемония – сегодня. Это – имидж. Это, если угодно, политика. И я вовсе не уверен (как не уверен и в обратном), что Тарпищев своею тренерской (а не харизматическо-тарпищевской) волей может решить, что должно быть «так». Или «этак». Есть ли у него право вето?
Я не являюсь болельщиком Марии Шараповой. Однако никогда не являлся тем, кто желает ей поражения. И уж точно всегда восторгался ее позицией: «я русская».

Могу только догадываться, сколько сил затратили американцы на то, чтобы «внедрить» ее в пазл своей команды. Как это было бы красиво и денежно. Поняли, что не выйдет ничего. Отстали. Поняли, что Маша – наша. И это по копеечке, понемногу – заставляет меня все больше «прибаливать» за нее. Притом что я всегда болел за Настю Мыскину. А из ныне играющих наших теннисисток мне более других симпатична Аня Чакветадзе. Как вы понимаете, это совершенно другой «тип».

Игровой, разумеется. А вот все больше и больше (повторюсь) – впечатляет Шарапова. Вспоминаю «постепенность» ввода ее в состав нашей сборной. Понимаю, что не могло там обойтись без трений и недовольств в команде. Не из-за Шараповой как таковой. А из-за лимитированных мест на Олимпиаде. Понимаю – и вспоминаю, как она впервые играла за сборную в Израиле на Кубке Федерации. Под неслыханное хамство трибун. И у меня не было желания задаться вопросом: «А ее ли это?». Кто видел – тот поймет. Наша. Сто процентов. И «подвел» ее к тому, чтобы «влиться безболезненно», – Тарпищев. Он выбрал время и место. И опять оказался прав.

Так что он знает как никто. И если берется сообщить «то, что на выходе» – думаю, ему стоит довериться. Возможная «стори» со знаменосцем-Шараповой шикарно ляжет и на русский типаж и на «посмотрит – рублем подарит» и про «коня на скаку» – в одном предложении. Это – рейтинг, я понимаю. Это красиво, я понимаю. Однако надо понимать, что если церемония существует для того, чтоб весь мир растрогался, – то и у участников этой церемонии внутри тоже сжигается много. У нас, русских, так особенно. Не случайно ведь в нашей олимпийской истории знаменосцами чаще всего были борцы-тяжеловесы. Чаще всего (я не берусь утверждать, выдвигаю это лишь как версию) – бывшие на момент соревнований на четыре головы сильнее соперников. Николай Балбошин, к примеру. Или Александр Карелин.

С Шараповой история, согласитесь, немного другая. Она спортсменка до мозга костей. Никто не спорит. И если она понесет флаг – это будет, как теперь говорят, круто. Круче, кажется, не бывает. Но потом, быть может, придет завтра. И мы (надеюсь) – увидим, что бывает. Если Маша выиграет Олимпиаду – она на пьедестале будет стократ красивее и рейтинговее, чем на церемонии. И русского в ней в этот момент будет больше.

А можно ли «два в одном»? Ведь прямой связи вроде нет? А вот Тарпищев говорит, что есть. Об этом и разговор. Человек, который не ошибается, – опасается, не сожжет ли Маша те эмоции, которые ей (и нам!) – потом до зарезу пригодятся на собственно выступлениях?

Не знаю, как решат. Но я привык верить Тарпищеву. Будет же еще церемония закрытия, правда?



Комментарии

Впечатления дня



Загружается, подождите...
rss
Карта-->
rss
Карта